​Современный старообрядческий лубок

27 декабря, 2018, 16:28

В Ставропольском музее изобразительных искусств открылась необычная выставка «Современный старообрядческий лубок» художника-графика из Эстонии Павла Варунина. Он выходец из потомственной старообрядческой поморской семьи (из мест, откуда родом был Ломоносов), много делает для изучения и сохранения наследия старообрядцев, председатель старообрядческих общин и Общества культуры и развития староверов Эстонии. Власти Эстонии, которые, как и их соседи, не замечены в особой любви к русскоязычным, покровительствуют русским староверам, помогают обустраивать их деревни и церкви, не вмешиваются в жизнь общины, разрешают обучать в школах старославянскому языку и так далее. А все дело в том, что староверов воспринимают как оппозицию Русской православной церкви, и хотя между староверами и РПЦ давно уже установилось статус-кво и никаких гонений в России на них нет, эстонским властям, видимо, греет душу, что они таким образом «насолят» Русской православной церкви и лично Путину. Впрочем, если от этого русской старообрядческой общине только лучше, то и бог с ними.

Павел Варунин не только общественный деятель, но и пропагандист старообрядческой культуры. Он издает книги о староверах, иллюстрирует их, занимается реставрацией икон и сам создает их, вырезая в дереве. Интересно, что иконы в домах старообрядцев ставят в угол, который обращен на восток, или на север, в отличие от православных, которые располагают их в красном углу – это передний восточный или юго-восточный угол, напротив входной двери по диагонали.

Старообрядческая графика - 150 цветных листов – впервые показана в Ставрополе, однако это не первая выставка работ Варунина в крае - осенью прошлого года в Новокумском музее казаков-некрасовцевс нею ознакомились участники проходившей там международной конференции. Работы Варунина выполнены в традиции рисованного лубка. Лубок появился в России в эпоху Петра Первого, это были своего рода комиксы того времени. Они возникли после проникновения в Россию немецких и фряжских потешных листов, сразу ставших популярными. Фрягами называли итальянцев и выходцев из южной Европы, всех остальных звали немцами. Есть предположение, что название «лубок» пристало к потешным картинкам из-за того, что первые оттиски рисунков делались на коре липы, так называемом лубе. Но лубочные картинки появились в Китае, до VIII века их рисовали от руки, позже начали делать гравировки на дереве. В Европе же лубок появился в XV веке и был печатным. В России такие лубки замечены в XVI веке, а первым русским гравером-лубочником считается московский типограф конца XVI - начала XVII веков Андроник Тимофеевич Невежа.

История рисованного лубка XVIII-XIX веков менее известна, он появился как ответ на цензуру и запрет светских и церковных властей и из-за отсутствия типографий. Старообрядцам он дал возможность полемизировать с властями и духовными соперниками, просвещать молодежь и наглядно знакомить ее с бытом, поверьями, песнями, пословицами и поговорками староверов Причудья. Поскольку поселения староверов сосредоточились вокруг Чудского озера, где водилась рыбка ряпушка, которой питались староверы, то она и стала символом Причудья, перекочевала в сказки и фольклор, так называемые «взбылишные байки». И, конечно, стала одним из любимых персонажей лубка. Ее рисовали в синем картузе, на велосипеде. Сами же сказы староверов об обычаях и культуре староверов назывались «чешуйками».

Рисованный старообрядческий лубок как искусство возник в XVII-XVIII веках монастырских книжных центрах - Выговской поморской пустыни (которую еще называли «поморским Иерусалимом»), Гуслице, Усть-Цильме, Москве. В Вильнюсе на рубеже XIX–ХХ веков «настенные листы» создавал книжник Иван Гущенко, славились мастерством лубочники в Риге и других городах. «Настенные листы» выполняли жидко разведенной темперой, нанесенной на контурный рисунок карандашом. Краски разводили яичной эмульсией или с помощью камеди (клейких веществ различных растений). Заглавия и пояснительные тексты были обязательным элементом, никогда не отклонялись от церковнославянской орфографии, для рисованного «шрифта» использовался старообрядческий полуустав.

Лубки, как правило, красочные, яркие, их можно рассматривать часами. В современном лубке появились не только назидательные и религиозные темы. Варунин рисует исторические лубки, в которых показывает этап гонений на староверов. Например, на одном лубке изображен петровский цирюльник в немецком платье и шляпе, который пытается постричь бороду раскольнику, с надписью: «Ты, цирюльник босомордый, лучше руки убери, вот, гляди, получишь тростью, не помогут лекари». На другом лубке – бес и поп Орлов. Священник-никонианин сидит за столом и пишет донос, за его плечом – бес, который обнимает и поощряет его, а ниже подпись: «Многия беды принес писанием доносов на староверцев никонианский поп Орлов из села Носъ». На третьем лубке – разорение староверской обители: всадники с шашками наголо преследуют старообрядцев, бегущих из горящего монастыря в поля через речку Выбовку. Как продолжение темы – в следующих лубках показано, что летом того же 1700 года в Лифляндии устроена новая молельня староверов, которые нашли прибежище в Риге. А бежавшие в Ливонию новгородский купец Никитин и московский боярин Морозов возвели на Чудском озере храм староверов, «привезли с собой колокола, богослужебные книги и утварь». Еще на одной картинке изображены «староверские иконописцы Гавриил Фролов и Пимен Софронов». За историческими следуют назидательные лубки, цель которых - наглядно показать, «что хорошо и что плохо». Например, лубок, на котором изображена семья, обозначен как «любовь», а к нему надпись: «Идеже любовь, там и богъ». На другом – смирение: монахиня с овечкой, от которой отступается бес, и надпись: «Его же сам сатана трепещет». Или картинки, как приструнить озорника, поощрение «брадоношения» с подписью: «Ах, какой благочестивый этот муж брадолюбивый!».

Интересны лубки, посвященные евангельским притчам и сюжетам: о блудном сыне, воскресении мертвых, крещении, воскрешении, преображении Христа. Есть тут и Троица, но, в отличие от знакомой нам традиции изображения за чашей трех ангелов, здесь на облаке сидят Иисус и Бог-Отец, между ними – голубь-Дух. Есть лубок, на котором одновременно показано 7 дней творения бога Саваофом с изображением и сюжета о соблазнении Адама и Евы. На лубке «Благовещение» не только архангел Гавриил с Девой Марией, но на заднем плане еще и пещера, где родился Спаситель, то есть Рождество. Интересен также лубок «Распятие»: в центре распятый Христос, слева – сцена оплакивания при погребении, справа – суд Пилата. Среди отличий были молитвенные поклоны староверов, на лубке видно, что перед молитвой верующие стелют коврик и на коленях бьют челом. Ну, и, конечно, лубок, обучающий креститься двоеперстием, «как повелось с дней Руси крещенья», потому что «брал щепоткой соль Иуда, грех креститься так оттуда». Еще одно различие – во время обряда крещения младенца окунали в купель целиком, «чтоб не был обливанец». Еще одно существенное различие - в изображении символов апостолов-евангелистов. Символы апостолов-евангелистов у староверов: Иоанн – Лев, Матфей – Ангел (Человек), Лука – Телец и Марк – Орел. Это восходит к толкованию пророчества Иезекииля Иринеем Лионским. Реформа патриарха Никона взяла толкование образов из трудов Викторина, епископа Епифания Кипрского, Иеронима и Григория Первого. Таким образом, на Большом Московском соборе в 1666 года была утверждена «латинская система» соответствия животных и евангелистов как единственно верная. Указом Синода от 1722 года было запрещено изображать евангелистов с их именованием в виде тетраморфов, теперь символы могли только сопровождать человеческие образы евангелистов. Самостоятельное изображение тетраморфа, как прообраза евангелистов, осталось только в традиции старообрядческой иконописи, что и показал в своих лубках Варунин. Еще одна старообрядческая традиция, которая отличается от православной, – направление крестного хода. Он называется «посолонь», с востока на запад, по направлению движения Солнца по земному небосводу: «Посмотри на неба свод, как там солнышко идет? Только с ним народ из молитвенной в крестный ход». Словом, лубки Варунина открывают суть староверческого христианства, которое большинство православных, конечно, не знают.

В представленной экспозиции есть и сюжеты бытовые, аграрные, снабженные пословицами и поговорками, в них и народный юмор, и ирония, и мудрость. Вот только часть сюжетов: «Кто ногу на ногу кидает, тот беса тешит да качает», «Кто бусы носит, будет на том свете с гадиной (змеей) ходить», «Женщин в темной одежде хоронить нельзя, будут у Врат Господних добела стирать», «Робкий мужик и лестовок (ремня) боится», «На молитве ноги не расставляй – бес проскочит», «Дятел избу долбит – к покойнику в семье», «Галстук носить нельзя – на удавке Июда повесился»...

Помимо того, что все рисованные лубки Варунина оригинальны и не повторяют образцы XVIII-XIXвеков, они еще и обучают старославянскому языку, так как надписи приходится читать именно на церковнославянском шрифте, и многие студенты из художественного училища, которые были на презентации, очень заинтересовались им. Рисунки обрамлены рамками, виньетками, схожими с древнерусским книжным орнаментом, в них преобладает золотой, белый, красный и голубой цвета. И, конечно, на них мужики в косоворотках, сапогах, с бородами, а женщины – в традиционных сарафанах, платках, закрывающих волосы. Несомненно, мастерски выполненные лубочные картинки П. Варунина заинтересуют любителей живописи, выставка будет действовать еще месяц.

Ирина Морозова, фото автора